Yet Another SBURB|SGRUB RPG

Объявление

Правила Сюжет: Пролог АКЦИЯ №2 Краткий гайд Список канонов Список неканонов Мифологические роли Цветобаза Шаблон анкеты Занятые ники по GCAT Наш паблик в ВК
Рады приветствовать Вас на FRPG “Yet Another SBURB|SGRUB RPG”!

Добро пожаловать на лучшую ролевую игру по мотивам популярного веб-комикса Homestuck. Вас ждут добродушная администрация, занимательный сюжет, полная атмосфера канона и вообще семейные отношения между игроками. А еще регулярные обновления баз, различные конкурсы и не только ;3 Ролевой очень не хватает каноничных персонажей. Украсьте сессии их присутствием, почувствуйте себя настоящим Страйдером или пройдите весь путь Джейд от начала и до гримдарка!

АДМИНИСТРАЦИЯ
работаем для вас <>

centaursTesticle
Equius Zahhak
Админ-на-все-руки
skype: silverberg42
cuttlefishCuller
Feferi Peixes
Админ.
Связь с игроками
Мероприятия

skype: galupko-kun
tentacleTherapist
Rose Lalonde
Админ.
Пинатель с тентаклями

skype: masafi-chan
tipsyGnostalgic
Roxy Lalonde
Модер.
Богиня хмеля и гейммастеринга

skype: mushyak13
galacticAmbrosia
The Dolorosa
Модер.
Беспристрастный инквизитор

skype: goticloly
twistedAnticipation
The Ψiioniic
Модер.
Рекламное бюро

skype: ray-roks

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Yet Another SBURB|SGRUB RPG » Завершённые эпизоды и конкурсы » Белки прыгали, белки бегали.


Белки прыгали, белки бегали.

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

Участники.
amoralTagged
awryCharm

Время и место.
AU. Действие происходит в условное Средневековье. Где-то в лесах.

Краткая суть.
Существуют два города - Проспит и Дёрс, каждым из которых правит благородная семья, враждующая уже не одно поколение. Но невозможно вечно думать о старых проблемах, особенно если погода так хороша, как сегодня.
(Сеттинг утянут из другого эпизода с разрешения Жжона).
Mine Version.

Очередь.
amoralTagged
awryCharm

0

2

Прошла неделя с тех пор, как ему приходилось переходить в другой город. Столько же времени назад он последний раз следовал едва различимыми тропами возле основной дороги, чтобы не привлекать лишнее внимание. Как ни прискорбно теперь это осознавать, выбор был не очень удачным; парень понял это сразу же, как столкнулся с нос к носу с вооруженным до зубов шрамированным верзилой, прячущимся в, казалось бы, очень маленьких кустиках. Крутой мужчина был в экземпляре отличном от единицы, поэтому самым разум решением оказалось рвать когти. Примерно по этой сумбурной и непредвиденной причине сквозь лес со скоростью хорошего оленя рассекал навьюченный большой, но не шибко тяжелой сумкой парниша, громко сопя от морального перенапряжения и веток, хлещущих беззащитное лицо. Очень хотелось ругаться и плакать: ругаться – потому что надоели; плакать – от боли. Ни то, ни другое в данную секунду позволить себе путник не мог, поэтому, стиснув зубы и едва не откусив кому-то попавшемуся под них хвост, он продолжал марафонскую дистанцию.
Сзади, весело улюлюкая, неслась банда страждущих, явно наслаждаясь прыткой дичью и охотой в целом. Не все из предложений, выкрикиваемых мужланами, казались «добыче» уместными, а потому ходу блондинчик не сбавлял. Разумнее всего было бы выбросить сумку ко всем чертям и попытаться увеличить маневренность, но что-то ему подсказывало, что такое уже вряд ли прокатит – народ вошел во вкус, преследуя его. Впрочем, не может же такая погоня продолжаться долго? Рано или поздно или сдастся жертва, или преследователи. К сожалению, рано в данном конкретном случае уместно уже не было. Добрых полчаса они всей толпой наверстывают круги по заросшим тропинкам, иногда делая нехилые петли. Вернее, это так пытался оторваться несчастный неудачник, но ватага свое дело знала и след брала исправно. Вариант с временным перемирием на отдых тоже не казался выходом.
Проносясь мимо треклятой опушки уже третий раз, парень с удивлением отметил, что есть еще шанс вырваться вперед. Справа мелькнул небольшой проход сквозь кусты – слишком маленький для преследовавших его детин – в который белесый устремился со всей решимостью. Впрочем, размер лаза не являлся весомым аргументом для бандитов, просто смявших чахлые кустики своими массивными телами.
Эта местность леса оказалась совершенно незнакомой, бежать приходилось наугад, а значит, выбираться потом даже в случае благополучного исхода могло быть весьма сомнительным удовольствием. Впрочем, пока его план заключался лишь в прекращении гонок. Голоса позади сильно отдалились – похоже, у джентльменов с большой дороги возникли какие-то трудности. Ха, глупцы, наверняка забрели в ту небольшую трясину. Поделом!
Мысль не успела до конца оформиться, нога неожиданно провалилась в пустоту, а тело, не успев среагировать, полетело вслед за конечностью в яму. Яму? Да черта с два ямы бывают такими ровными и глубокими. Разумеется, как человек приличный, парниша не ругался. Почти. Только какое-то скомканное «-ать!» разнеслось среди деревьев, возвестив успешное его попадание куда бы то ни было. Во время процесса «проваливания» белесый умудрился не только приложиться головой о собственную руку, но и проехаться локтями по какому-то через чур аккуратному срезу. Задумывать об этом было некогда, потому что всего через несколько секунд он весьма непоэтично приземлился на землю, немного смягчив приземление верхней части организма сумкой. Сейчас он был ей даже благодарен и радовался, что не выкинул столь полезную вещь. Ноги его мнения не разделяли – им пришлось прочувствовать всю боль и отчаянье столкновения с грунтом.
Собрав все, торчащее от туловища, в общую кучу и разместив в более-менее правильном порядке для приемлемого функционирования, парень витиевато выругался и присвистнул. Где бы он ни был, уходить он не хотел. Из стен повсюду торчали шпили и уголки кристаллов, даже на первый взгляд окупающих все его неприятности за последний час. Широко раскрытыми глазами он алчно посчитывал возможную прибыль, краем сознания отмечая что-то странное, но заставляя себя сосредоточиться на том, что казалось ему куда более важным. Только какой-то посторонний звук вывел его из этого состояния, и тут же в голове раздалось множество важных и серьезных вопросов.
Дыра, в которую он свалился, была правильной квадратной формы. Помещение, куда он свалился, было более-менее осмысленного вида с уходящими в разные стороны рукавами-тоннелями и, что самое главное, освещалось факелами. Чертовыми факелами, горящими на стенах, словно треклятые знамена. Уголок губ истерично дернулся. Много ходило всяких баек среди завсегдатаев таверн, какой только чуши они не вываливают на благодарного и не очень слушателя за кружку пива. Шорох шел из-за спины. Это точно. Факт. Непреложный. Равно как и тот, что лучше бы ему все же оглянуться. Так, на всякий случай. Мало ли что.
Рука предательски дернулась к одному из кинжалов, запрятанных на поясе, а белесый, шумно сглотнув, осторожно повернулся, затравленно шаря глазами по каждому миллиметру открывающихся взору стен. Хватит с него сегодня преследователей и недовольных упырей. Нужно как можно скорее узнать, в чем тут дело и убираться от греха подальше. Пьяницы, конечно, любят привирать, но жить все же хотелось больше, чем сумасбродно лезть на амбразуру. К вящему удивлению, за спиной не оказалось ничего. То есть, вообще ничего – стена с несколькими кристаллами на ней не в счет. Облегченно вздохнув, парень, расслабленный собственным везением, обернулся.

+1

3

Около полутора часов подземная тишина нарушалась только постукиванием-полязгиванием инструментов и напевным бормотанием даузера, которому скучно было работать в тишине, да иногда потрескивали факелы, притащенные из штрека, через который подземный житель сюда и пролез - в свое время людям не хватило всего чуть-чуть удачи, чтобы, проделывая проходы под землей, задеть боком стенку этой пустоты.
- Был я камнем, и в твердыню встроенный среди камней, - Сатани от усердия высунул кончик языка, с ювелирной точностью постукивая по основанию друзы рукоятью молотка, - На плечах держу поныне славу родины моей...
Со стороны монотонные наговоры больше напоминали не пение, а чтение волшебных заклинаний вулканологов, которые, как известно, и в огне не горят, и в лаве не тонут.
Раздался тихий резкий треск, и от друзы откололся один из боковых кристаллов. Йохунг подхватил его, не дав упасть на пол, и осторожно перевернул, разглядывая основание. Потом довольно фыркнул и свободной рукой вытащил из лежащей под ногами сумки вощеную коробочку, в которую принялся вытряхивать мелкий серенький порошок, постукивая по кристаллу с небольшой пустотой внутри. Из таких посуда хорошая получается еще - дома у Сатани жила небольшая бутылочка, выпиленная из цельного цитрина его предком.
Мда, за один тот порошок денег отвалят столько, что можно пару месяцев не работать вообще. Но без работы скучно. Да и приятно тоже: найдешь месторождение - приносишь пользу расе в целом, не найдешь - приносишь домой запах тайги.
- Но дыханьем жизни новой средь камней дышал и я, - Сатани потер подбородок обтянутой кожаной перчаткой ладонью, раздумывая, снять друзу флюорита со стены целиком или откалывать кристаллы по одному. - Послужил и я основой для величия бытья...
Хоть бы силенок хватило унести все отсюда за один раз - а то достанется подлым конкурентам. Когда люди покинули эти шахты, сюда мигом ломанулись даузеры, чтобы найти то, до чего люди не дотянулись, и так же стремительно исчезнуть, не успев привлечь внимания обитателей поверхности - им сейчас о таких "соседях" знать не обязательно. Причем иногда удача троллей была такова, что найти в шахтах можно было все что угодно, даже Янтарную Комнату.
В скромный по размерам каменный пузырь из потолочного лаза посыпалась рыхлая красная порода, пласт которой отделял кристаллоносный слой от поверхности, а затем следом за породой вниз грохнулось тело.
Потом тело, приведя себя в сидячее положение, присвистнуло и длинно выматерилось, видимо, пораженное до глубины души открывшимся взору великолепием. Сатани тоже выматерился, только мысленно, быстро загасил налобный светильник и метнулся в тень одного из сталагмитов, прикрывая рогожным плащом все цветные или блестящие детали внешнего вида, которые могли бы его выдать.
Мягкое розовокожее тело мужеского полу не было похоже на шахтера. Или на рудознатца. И... и на воина оно тоже не очень было похоже. Судя по ошалевшему лицу, тело сюда попало случайно. И безопаснее всего будет это тело убить. Ну или тюкнуть дубинкой по темечку, вытащить на дорогу и облить медовухой - подумает, что нажрался и привиделось. Бывают чудеса.
Тело бдительно обернулось на шумок, схватившись за один из висящих на поясе кинжалов, и годами полированные рефлексы не подвели - Йохунг мягко сместился в бок и к стене, осторожно обходя незваного гостя по кругу, чтобы оказаться у него за спиной. Переливающаяся в теплых отблесках факелов полуразделанная друза и инструменты остались лежать на полу, но за них тролль не боялся.
Можно было бы, конечно, если на глаза капюшон надвинуть, поговорить с этим светловолосым малым и выдать себя за своего, за человека - если бы не рога, торчащие из прорезей надвинутого капюшона. Эх, говорил ведь близкий друг - спили их нахер, проще жить будет.
Оказавшись за спиной человека, Сатани вытащил из-за пояса свои короткие дубинки и бесшумно шагнул вперед из тени, чтобы вышибить незваному гостю мозги. Ну или кусок памяти - зависит от силы удара.

0

4

Белесый не успел перевести дух. Даже сообразить ничего не успел, только полузадушенно пискнул, когда из тени показался человек. Конечно, в таких обстоятельствах все, отдаленно напоминающее такового будет принято за обычного – или не совсем – жителя. Разве что какой-то он серый был, что ли? Ну, под землей сильно здоровым цветом кожи и не разживешься, что уж тут поделать. Так бы и расслабился непроизвольный искатель приключений, если бы не обратил внимание на две важных вещи. Во-первых, в свете факелов отчетливо были видны тонкие рога «шахтера», а во вторых, в руках субъект сжимал дубинки и выглядел при этом весьма грозно. И тут, надо признать, наконец сработали чертовы рефлексы, заставив юного оболтуса значительно вытянуться и отпрыгнуть подальше от предполагаемой угрозы. К величайшему сожалению, дальше возвышалась стена с великолепными кристаллами и сиротливо лежали заботливо брошенные на землю инструменты.
Стэн не успел разглядеть, обо что он там сослепу споткнулся. Зачем размениваться на мелочи, когда тебе предстоит великолепное рандеву с колючими камнями и жесткой поверхностью? Жалобный всхлип впечатавшегося всем, чем только можно было, парня ознаменовал сию знаменательную встречу. Вариантов, по сути, не осталось вообще. Его сейчас закопают прямо тут, посреди этих великолепных стекляшек, а из черепа сделают подставку для свечей, точно-точно. Байки стариков теперь не казались очень уж нелепыми, по крайней мере, в свете ближайших вероятных событий. Что там с ним еще могут сделать? По мимо сотни способов убийства толком ничего так и не припоминалось. Оптимистично, черт возьми.
Здраво рассудив, что можно хотя бы попытаться, синеглазый вскинул руки в, теоретически, примирительном жесте. Отходя немного назад, нужно сказать, что рефлексы у него заключаются не только в скоропалительном побеге, но и всевозможной обороне. В вскинутых руках были крепко зажаты изящные кинжалы. Такая замечательная идея на глазах превращалась в подписание смертного приговора гораздо быстрее, чем того хотел сам приговариваемый. Нервно сглотнув, парень опустил оружие лезвием вниз, обхватив рукояти большими пальцами и вытянув остальные.
- Хэй, м’ожет п’ог’ов’орим? – напряженную тишину прорезал хрипловатый и глубокий голос. Тягучие интонации, как надеялся Стэн, должны были помочь ему настроить, эмм, собеседника на нужный лад. Поговаривали, иногда тролли не сразу убивали своих жертв. А там уже можно и сбежать. Все, о чем он просил – немного удачи и чтобы рогатый жил в лесу, а не прямо здесь. В подземелье нет ни шанса выбраться самому, да и набегался он сегодня, если честно, по самую маковку. И дались же ему именно сейчас эти ткани! Раздосадованный взгляд скользнул по брошенной сумке, но тут же вернулся к «собеседнику». Глаза в глаза, так сказать. Интересн’о, ‘он ест глаза? Иногда мысли просто посещают, не интересуясь, собственно, вовремя они или нет. Оптимизма это не добавляло ни на йоту, возводя подозрительность в абсолют. Сглотнув, Глэйвон сделал осторожный шажок в сторону, как он надеялся, быстрого выхода из безвыходной ситуации. В буквальном смысле.
'Он убьет меня, 'определенн'о. Нет, сначала свяжет, а п'от'ом убьет. Нет-нет-нет. Свяжет и будет 'отрезать п'о кус'очку каждый день, а п'отом убьет. Ут'опит. Или с'ожжет? Нет, наверняка забьет этими св'оими дубинами. Или кристаллами. Да. А п'от'ом съест. Или сначала съест, а п'от'ом убьет. Интересн'о, а чт'о 'он съест первым? Ммм… Ах черт! Да не варвар же 'он… правда? А если 'он в м'оей г'ол'ове цвет'очки п'осадит? Г'ов'орят, им тут п'од землей не хватает… А м'ожет 'отпустит..? Да, т'очн'о 'отпустит. Зачем ему я? Я невкусный, т'ощий, над'оедливый. А если сказать, что б'олею, т'о т'очн'о не тр'онет. 'Отличн'о. Теперь главн'ое - д'ог'овориться!
Обрадованный столь удобной догадкой, белесый попытался дружелюбно улыбнуться. Вышло немного криво и не совсем правдоподобно, но он пытался. По-хорошему, кинжалы следовало бы вообще убрать, но сейчас каждое необдуманное движение могло выйти черепно-мозговой травмой, поэтому торопиться парень не стал. Да и зачем? В самом крайнем случае можно попытаться продать свою шкуру подороже. Поцарапать там этого тролля или одежду ему порвать. На большее рассчитывать такому неумехе не приходилось, но даже эти крохи вызывали прилив неожиданной гордости. Впрочем, что такое гордость для без пяти минут трупу? Идея понять и надавить на жалость уже не казалась такой бесполезной, учитывая обстоятельства. И все же, сначала съест или убьет?

0

5

Когда человек в самый последний момент обернулся, а потом пронзительно пискнул, как резиновая игрушка, и отпрыгнул назад - Сатани даже не сделал попытку его пристукнуть. Он ведь хотел вырубить человека, а не выбить ему передние зубы? Именно так. Нет, он и зубы выбить тоже мог, но человек ведь этого молча не стерпит. Заверещит, как блажной. Поднимет на ноги всё, что есть в округе живого.
Незваный гость шагнул назад еще раз, уперевшись спиной в стену, и под ногами у него звякнули оставшиеся как раз там инструменты. Этого уж тролль молча не снес и приглушенно зарычал, пытаясь без слов, на языке основных инстинктов объяснить бледному обитателю поверхности, что если тот хоть что-нибудь сломает - будет расчленен без наркоза и трансформирован в бифштексы. Если бы не темно-зеленая повязка, закрывавшая половину лица, красноречивости посылу добавил бы еще и клыкастый оскал, но человек, кажется, и так уловил основную мысль, потому что замер, подняв руки с кинжалами, опущенными лезвиями вниз.
Не составляло труда догадаться, что жест скорее примирительный, чем агрессивный. Если хотят сражаться - так оружие не держат. Просто парень, как обычно водится в стрессовых ситуациях, сначала сделал, а потом подумал, а не наоборот.
- Хэй, м’ожет, п’ог’ов’орим? - хрипло, со странным выговором произнес человек, не отрывая взгляда от Сатани, который задумчиво прищурился, раздумывая, что же с ним делать. Самым разумным было бы убить его, но, взглянем правде в лицо - этого совсем не хотелось. Хотячку по убийствам можно оставить высшим сословиям - благодаря им-то и появились все те леденящие кровь истории про демонов, живущих в глубине лесов. Мало ли с кем еще могла свести его удача, и Йохунг никаких положительных эмоций от прерывания жизни этого пацана сейчас бы не испытал.
Можно было взять его с собой, но если Совет Двенадцати прознает - голову ему оторвут, хотя даузер и жил далековато от города.
- Может, - в тон робко и кривовато улыбнувшемуся собеседнику откликнулся Сатани. - А теперь замри нахуй. Не топчись по моим вещам.
Он бросил взгляд на так и лежавшую посреди помещения сумку, с которой в обнимку человек сюда и грохнулся. Выглядела она как туго набитая, но тем не менее не очень тяжелая.
- Кинжалы положи на землю, - он снова повернулся к парню, сделав приглашающий жест палицей. - Медленно, как танцор балета. И отойди от них. Дальше.
Отогнав человека от оружия, Йохунг подошел к нему сам и от греха подальше сунул обе острые игрушки себе за пояс. Выглядит розовокожий, конечно, безобидно, но люди - они твари хитрые и чуть ли не более подлые, чем тролли. Не все, конечно, но самородки встречаются. Снова окинув колючим взглядом фигуру человека, Сатани разглядел на его одежде небольшой символ в виде золотистого полумесяца. О как - у них одно гражданство, значит. Ну не дерсит, и на том спасибо.
Сам-то человек, наверное, тоже успел уже разглядеть золотую фибулу, скрепляющую плащ даузера - полумесяц Проспита. Это было единственное украшение, которое когда-либо носил Сатани, не считая своих четок, но четки остались дома.
- Что у тебя в сумке? - Йохунг ткнул палицей в сторону обсуждаемого предмета, явно не желая осматривать его раньше времени.

0

6

Переговоры удались.
Обрадованный сим великолепнейшим событием, Стэн стал чувствовать себя немного увереннее. Поняв, что если с ним что-то случится в данную минуту, то только из-за собственной глупости, парень решил пока полностью слушаться страшного тролля, гневно сверкающего глазами в его сторону. Замерев в той же позе, где его настиг приказ, он медленно наклонился, положил кинжалы на землю и горестно вздохнул. И, осторожно ступая по грунту, силясь не наступить на инструменты – теперь их было весьма хорошо видно – отошел на несколько шагов. Как оказалось, этот рогатый решил захапать себе его прелестные кинжалы! Он с такой любовью заказывал их у кузнеца на свой первый существенный заработок, ах, детство-детство. А теперь какой-то мужлан просто забирает их себе. Ценитель нашелся тут, будто может кто-то из них по достоинству оценить великолепную работу мастера и тонкую вязь узоров на рукояти квилонов. Вот чтоб теперь ему порезаться ими без ножен-то. Хоть какое-то успокоение души.
Заметив, что «чужак» зацепился взглядом за золотистую брошь на его плаще-шапе, парень машинально скользнул по одежде собеседника и с удивление заметил, что жители лесов и подземелий тоже разделялись на подданных городов. Похоже, до определенного момента у него оставался шанс выйти из ситуации более-менее живым – фибула на плаще отливала золотом. Одно в этом было не очень хорошо: стоит только снять верхнюю одежду или неловко открыть бок, как будет видно омоньерку с лиловой брошью Дерса. Как знать, быть может, тролли тоже враждуют двумя племенами. Придется следить за собой и не размахивать руками, чтобы ненароком не выдать себя в такой мелочи. Кажется, дикарь не собирался пока обыскивать белесого и его вещи, но любопытство ему было явно не чуждо.
- Что у тебя в сумке? – чужой голос прорезал тишину, заставив Стэна невольно вздрогнуть.
Т-ткани, -  немного запинаясь ответил он и, словно почувствовав уверенность на родном поприще, продолжил гораздо быстрее. – Лучшие ткани, чт’о есть в г’ор’одах!
Он действительно гордился любым своим товаром. Кто еще мог похвастаться столь утонченными вещами, искусно инкрустированными камнями и отделанными всевозможными узорами? Все, что может сделать ваше окружение лучше и изящнее, продавалось в лавках его семьи: за это они и были включены в гильдию торговцев почти по первому обращению. Если можно было найти что-то исключительной красоты и удобства, то Глэйвоны это находили. И продавали за звонкую монету любому желающему: будь он простым рабочим – что вряд ли - или особой благородных кровей. Конечно, это накладывало свой отпечаток – приходилось соблюдать осторожность, чтобы не выглядеть слишком уж вычурно во время путешествия между городами, а то так можно и жизнь отдать. Поэтому товар перевозили обычно в группах и с охраной, чтобы сделать предприятие надежнее; в одиночку такие путешествия позволял себе только юный Стэн и то с небольшими безделушками, которые следовало доставить как можно скорее, не дожидаясь общего сбора. Вот и в этот раз сумка его была до верху забита всевозможными тканями различных расцветок и разной степени богатства, а брошь Дерса сменена на знак Проспита, куда он и направлялся.
Шелковые, хлопковые, льняные, шерстяные; с узором на каждом сантиметре и с емкой вышивкой по краю, украшенные тесьмой и вязью символов. Настоящее произведение искусства.  Парень даже серьезно задумался, нельзя ли будет подкупить столь грозного соперника и попросить отпустить его с миром. Дилемма «сначала съест или убьет» еще остро стояла перед путником, стремящемся найти решение, не используя в нем одно из ключевых ее слов. И если ради этого придется отдать товар, то так тому и быть. Дядя наверняка поймет чувства пасынка и не будет его сильно мурыжить по этому поводу. Впрочем, версию с побегом отметать еще было нельзя – забраться в дыру в потолке хоть и казалось очень трудно, но не невозможно. Только бы этот демон ушел хоть на десять минут, и можно будет попытаться. А уже наверху по собственным следам выберется. Или банду привлечет, если те ребята еще не ушли, плюнув на белесую добычу. Уж лучше к своим, человечным, чем непонятно к кому в лапищи попасться. Те хоть и изобьют, да все равно на дороге бросят, где подберет кто. А в шахтах кто его найдет? Так и будут искать по лесу, только далеко не пойдут. Опасно же. Тролли. Жуткие убийцы. И останется старик без наследника, даже не узнав, что с ним случилось. Перспективка так себе, оно и понятно. Только выбора особо никто и не давал.

0

7

- Т-ткани, - запинаясь не иначе как с великого испугу, выговорил бледнолицый и продолжил уже более уверенным голосом, - Лучшие ткани, чт’о есть в г’ор’одах!
Ништяк, будет чем кристаллы переложить, порадовался Сатани, поднимая сумку с земли, чтобы проверить слова человека. Готовясь дома к очередной вылазке, на такую удачу он и не надеялся, поэтому с собой у него был только отрез тонкого полотна, чтобы упаковывать образцы.
Был бы он в плане чутья на события, как его предок Инспектор - взял бы с собой и ткани, и сумку большую, и наручники... но Йохунг мог чувствовать только слабые посылы интуиции, обнаруживать рудные или драгоценные жилы у него получалось гораздо лучше. Впрочем, и в этом предок его превосходил, но юному даузеру было еще куда расти.
Не отрывая взгляда от содержимого сумки, Сатани прошагал обратно к своим вещам и опустил ее рядом со своей, а вместо нее взял в руки отрез веревки. Связав руки практически не сопротивлявшегося человека спереди дубовым узлом, он привязал другой конец веревки к собственному запястью, отсекая основные надежды жителя поверхности на бегство. А то ведь у него тут работа еще не закончена, полностью сосредотачивать внимание на пленнике не выйдет - еще решит какую-нибудь глупость вытворить.
Завершив процедуру пленения, он еще быстро охлопал незваного гостя ладонями, пытаясь засечь могущие стать опасными предметы, но ничего не нашел, а более тщательный обыск решил отложить на потом, пренебрегая правилами безопасности - потому что надо делать дело и валить отсюда. Потому что люди в одиночку по лесам редко ходят, и где-то здесь вполне могут быть его спутники, ищущие "потеряшку". Хотя он вроде от кого-то убегал... но от этого не легче.
- И как же тебя зовут? - нарочно растягивая слова, произнес даузер, точными короткими ударами инструмента откалывая кристаллы от новой друзы. Мелкие - в карман на животе, крупные - завернуть в отрез ткани и уложить в сумку. В поклаже человека нашлось несколько дорогих тонких тканей, но для упаковки Сатани выбрал сравнительно недорогое шерстяное полотно, крашеное ляпис-лазурью - остальное просто жалко было резать на куски.
Он все еще колебался. Все еще сомневался в правильности своего решения. Но первые шаги уже сделаны, и отступать поздно.
Работал он недолго, но плодотворно - хватит и налог выплатить, и отправить партию в Дом Ювелиров, и другу долг отдать, и себе для коллекции оставить, и на черном рынке кое-что толкнуть. Можно, конечно, и человека на черный рынок - там торговля пойманными людьми и частями их тело просто процветала, но слишком уж интересно было оставить его себе, обломав высшие крови, для которых люди представляли просто идеальный объект для выплескивания жажды крови и инстинктов охотника - с их вызывающе-яркой низкой кровью, непрочной кожей, полностью безопасными зубами и ногтями... и так далее. Короче, сублиматоры из них выходили неплохие - все лучше, чем своих отлавливать.
Вздохнув, Сатани выскреб из гнезда мягкой породы последний кристаллик с ноготь величиной и положил в карман. Тут, конечно, где мягкая порода - можно будет стены ковырять еще неделю, да вот только кайло он с собой тоже не прихватил. Ладно хоть лопату взял - количество оборудования, которое Йохунг мог таскать на себе, было ограничено, но быть сильным и выносливым просто жизнь заставляла, и будь он геодезистом - таскать на себе можно было бы преимущественно чертежно-измерительный инструмент, однако Сатани всегда был не в ладах с точными вычислениями, да и призванием его были занятия, приносившие более ощутимый, материальный результат.
Быстро собрав оставшиеся инструменты в рюкзак, даузер повернулся и подошел к человеку, чтобы исполнить последние пункты правил безопасности.

0

8

Стэн был уверен, что этот треклятый тролль его обязательно свяжет, однако он даже не подозревал, что будет привязан к самому пленителю. Надежды на побег резко поубавились, а подземный житель, удостоверившись, что запястья юноши крепко связаны и сам он угрозы не несет, вернулся к своим делам. Очень грязно и неприлично, но все же про себя, выругавшись, белесый прикинул, сколько ему понадобится времени со всеми навыками, чтобы добраться до ближайшей стены, а оттуда уже до дыры в потолке. Выходило никак не меньше нескольких минут. И это еще не считая того, что руки сначала нужно было как-то развязать. Тщетно, тщетно бытие.
- И как же тебя зовут? – погруженное в работу существо все-таки додумалось задать вопрос из разряда приличных, на который отвечать было более-менее приятно.
- Стэн. Стэн Глэйвон, - фамилия вылетела как-то непроизвольно, а сам он притих, потому что весьма крупно проговорился. Оставалось уповать или на непросвещенность второй стороны переговоров, или на невнимательность. В любом случае, понадобится что-то большее, нежели обычная удача. С ней сегодня как-то туго. Особенно у него.
С какой-то отеческой грустью парень смотрел, как варвар режет прекрасную ткань и заворачивает в нее кристаллы. Ну что за ерунда, а?  Как у него рука вообще поднялась испортить чудную шерсть и сделать из нее тряпочки для переноски, расходный материал, который потом выбросится на помойку. По меньшей мере неуважение к труду тех, кто делал эту ткань. Но что взять с варвара? Да еще и явно собирающегося его съесть. Или убить. Или и то, и другое. Почему бы просто не сказать «выметайся», а уж дорогу отсюда он сам найдет. Особенно учитывая то, что он всего в нескольких метрах от спасительного пути.
Последующие часы работы прошли в тишине, не считая треска ткани, шороха земли и звона драгоценностей. Стэн, усевшись на пол и привалившись к стене, колупал небольшие камушки, складывая их рядом с собой. Заняться чем-то еще было просто невозможно. В один не особо прекрасный момент камушки, которые он мог вытащить, закончились, и делать стало нечего. Совершенно заскучав, парень предпринял попытку порвать ткань добытыми камнями. Дело шло из рук вон плохо, зато помогало скоротать время. Постепенно ткань поддавалась, кое-где уже зияли дыры, но узел был какой-то особенно крепкий. Руки в изогнутом положении ужасно затекли, ткань натирала бледные запястья до красных следов, едва ли не до крови.
Наконец рогатый закончил издеваться над стеной и принялся убирать инструменты. Стэн сразу же прекратил свое явно криминальное занятие и собрал с земли оставленные там кристаллы, зажав их в обеих руках так, чтобы не сильно бросалось в глаза. Может быть, потом они еще сослужат ему службу. А теперь, судя по всему, ему предстояло что-то весьма неприятное. И чтобы не усугублять положение, парень быстро поднялся с земли, ничуть не растеряв равновесия. Весь вид его выражал недовольство и обиду за столь грубое обращение.

0

9

- Стэн. Стэн Глэйвон, - без особого промедления представился бледнолицый и сразу замолчал с таким видом, будто случайно спизданул какую-то государственную тайну.
Вроде похожую фамилию Сатани уже видел, только не в списке правителей, а в реестре Домов Ремесел и Торговли людей. Что ж, раз такое дело, надо будет подтвердить последнюю теорию при более тщательном обыске.
Пока он работал, было довольно удобно вполглаза следить за человеком Стэном: благодаря наличию бокового зрения можно было вообще не поворачиваться и, как говорилось, не палиться. Но малый, конечно, шебутной попался, да и упорный - наверняка по пути еще двадцать раз убежать попытается. Вон как руки себе растер, до крови.
Уж к чему-чему, а к цвету крови людей Йохунг привыкал чуть ли не дольше всего остального. Странно, что она была еще и двухцветной одновременно в одном теле - ярко-алая и более темная, на вид как самая низшая ступень гемоспектра, только у всех одного и того же цвета.
Подойдя к человеку, Сатани молча протянул вперед раскрытую ладонь, обтянутую кожаной перчаткой. Кончики пальцев под ней казались заостренными из-за наличия когтей.
Глэйвон решил включить дурака и сделал вид, что не понял намека, сосредоточено разглядывая стены. Даузеру остро захотелось воздействовать на него физическими методами, чтобы перестал наконец провоцировать. Вместо этого Йохунг закатил глаза и произнес вслух:
- То, что у тебя в руках. Живо.
Фыркнув, как обиженный пони, человек решил не искушать судьбу дальше и высыпал в подставленную ладонь то, что успел насобирать.
Незаметно из-за повязки на лице дернув верхней губой, Сатани молча ткнул пальцем в ту руку, где остался зажатый между пальцами каменный обломок с острым ребром. Вот довыебывается ведь сейчас, ниндзя недоделанный. "Ниндзя" поджал губы, как малое дите, отдавая последний ключ к спасению, и тролль не удержался от комментария:
- Ну еще заплачь.
С этими словами он пальцем поддел край темно-зеленой повязки и полностью стянул ее, обнажив свое лицо, потом зубами стянул перчатки с обеих рук и сунул их за пояс.
- В'от еще! - искренне возмутился Стэн, отшатнувшись, когда даузер откинул полу шапа, чтобы обыскать пленника. Пришлось за веревку дернуть обратно, и когда человек сунулся вперед - Йохунг быстро одной рукой ощупал его ворот, а ладонью второй провел по груди и животу. Ни ножен, ни перевязи под одеждой не было.
- Чт'о ты делаешь, черт в'озьми! - продолжил поливать его негодованием человек, снова отшатываясь, и пришлось дернуть к себе уже грубее, так что веревка больно врезалась в натертые запястья. Ибо заебал, недотрога.
- Проверяю, какие у тебя есть секреты от меня, - несколько агрессивно пробормотал Сатани, опустив руки ниже. За поясом тоже ничего подозрительного не обнаружилось.
- Нет у меня никаких секрет'ов!..
- Так я тебе и поверил, - хмыкнул тролль, скользнув взглядом по лицевой стороне омоньера с лиловым гербом Дерса. Но нет пока, омоньер оставим на сладкое. Поэтому он опустился на одно колено, ощупывая высокие сапоги на предмет скрытых ножен. И тут человек сделал вышепредпопагаемую тупость.
- Я был 'обязан п'опытаться... - произнес человек. И попытался заехать троллю коленом в челюсть.
Нет, ну каков нахал. Можно было, конечно, переломать ему за это все пальцы на руках, но тогда он быстро испортится, если потом их не вылечить. Или еще кучу всяких вещей сотворить можно было. Но на первое время Сатани решил выбрать самое легкое наказание - схватил Глэйвона за лодыжку и хорошенько дернул на себя. Может, от удара о землю у него в голове хоть немного прояснится... ну или окончательно идиотом сделается.
- Кара Бобжья, человек Стэн, - произнес даузер, поднимаясь на ноги.
- Св'ол'очь, - прошипел тот, зажмурившись, и не сразу отреагировал, когда Йохунг подергал за веревку.
- Да, еще какая, - без споров согласился тролль, закидывая на спину рюкзак. - Но тебе повезло - в сравнении с элитой своей расы я вполне безобидное существо. Вставай и пошли.
Гербы одновременно двух королевств имел право носить ограниченный круг людей, причем и у самих людей, и у троллей эти "круги" были примерно одни и те же - наемники, торговцы, дервиши. Ткани, конечно, можно было добыть разными способами, в том числе украсть (тогда было бы ясно, от кого убегал), но версия с отпрыском торгового дома в свете последних воспоминаний казалась наиболее правдоподобной. Спрашивать человека о его доме и работе сейчас было бы бесполезно - наплетет всякой хурмы и не поморщится. Но потом, чтобы порасспросить, будет целая прорва времени.

0

10

Стэн понимал намеки. Даже самые тонкие и призрачные, что уж говорить о протянутой руке, призывающей отдать то, что иметь пленнику вроде бы и не положено. Именно поэтому он, состроив из себя саму невинность, уставился на стенку за спиной тролля, равнодушно считая драгоценные кристаллы и углубления, где они раньше были. Рогатому такой поворот событий не понравился совсем, поэтому он решил прибегнуть к силе убеждения, подробно пояснив настойчивую просьбу.
- То, что у тебя в руках. Живо.
И вот как после этого не послушаться? Совершенно спокойно. Нужно только убедить треклятого глазастого даузера, что блондинчик – святая простота и никак не посмеет ослушаться. Право, не часто его ловили на подобном пренебрежении или утаивании чего-либо, поэтому врать парень мог довольно убедительно. Как можно громче и обиженнее фыркнув, он высыпал пригоршню кристаллов в подставленную ладонь, оставив себе одну особо незаметную пластину. Предприятие уже практически завершилось успехом, когда неугомонный умник в очередной раз поспешил доказать свое превосходство над не особо умелым человеком.
С самым своим – наверняка! – наглым видом этот феерический обломщик ткнул своим длиннющим пальцем в любовно запрятанный осколок. До глубины души оскорбленный таким отсутствием банального чувства такта, Стэн поджал губы и хмыкнул, отдавая свое оружие. Видимо, такое положение вещей порядком веселило обитателя шахт, потому что в нем неожиданно проснулась язвительность.
- Ну еще заплачь, - комментировать подобные жесты со стороны белесого никто не просил. Особенно так унизительно. Тролль его мнения не разделял, и, довольный результатом, зачем-то стянул с лица шарф – или что это за зеленая тряпка у него там была? – и перчатки. Длина когтей весьма впечатлила юношу, но не настолько, чтобы забыть о нанесенном ему оскорблении.
- В'от еще! – возмущению его не было предела. Чтобы плакать из-за такой ерунды? Да ни за что на свете. К тому же, у него наверняка еще будет уйма способов сбежать. Мысли о побеге вообще имели свойство потрясающе быстро восстанавливать настроение, поднимая его с планки уровня пола до приемлемой отметки. К сожалению, ненадолго. Пришлось переходить в оборону и резво отстраняться от нарушителя его мнимого спокойствия. Вот зачем это существо лезет к нему под шап? Боль в натертых запястьях заставила его повиноваться и снова подойти, словно и нет никакой гордости. Чертов рогатый же зачем-то облапал его шею, грудь и живот. Это было слишком унизительно, даже для пленника.
- Чт'о ты делаешь, черт в'озьми! – возмутился в который раз блондин, пытаясь сохранить какие-то капли достоинства и снова вырываясь. Прикосновения существа были ему чужды и неприятны, словно он лошадь какая-то, которую благородный господин подумывает купить. «Господин», однако, воспринял столь вольное поведение уже не так спокойно и с силой дернул веревку. Боль была уже намного ощутимее, запястья заметно распухли, но кого это волновало кроме самого Стэна?  Сжав зубы, он повиновался и больше не пробовал уйти от контакта. Тем временем рогатый все же удостоил его ответом.
- Проверяю, какие у тебя есть секреты от меня, - объяснил он, продолжая исследовать блондинчика на предмет каких-то надуманных секретов.
- Нет у меня никаких секрет'ов!..
- Так я тебе и поверил, - ехидно заявил демон и продолжил свое занятие. Глэйвон обиженно засопел, но тут понял, какой шанс предоставила ему судьба. Даузер спустился к сапогам парня, ну кто устоит перед соблазном?
- Я был 'обязан п'опытаться... – с высокопарной фразой он попытался выбить подземному жителю челюсть коленом. Не преуспел. Тролль оказался слишком быстрым, Стэн даже не понял сразу, как оказался на земле. Только ощутил рывок и внушительно приложился затылком о твердый пол. Сжав зубы и зажмурившись, парень сдавленно зашипел на садиста. – Св’ол’очь…
Он пытался привести звенящие молоточки в своей голове в относительное согласие, чтобы шум не перебивал то, что говорит его пленитель, но молоточки были другого мнения. Все, что удалось уловить – надо встать. Встать с чертовыми связанными руками. Паень даже не смог до конца додумать мысль, тело само решило выполнить поставленную задачу с максимально возможной эффективностью. Навыки, вбитые ему в детстве, не так просто забыть – одним сильным движением белесый выкинул вперед ноги, за ними и все остальное тело, заставляя принять вертикальное положение на одной силе мышц и пресса. Театрально помотав головой и приходя в себя в достаточной мере после происшествия, он надменно хмыкнул и демонстративно вольно встал, показывая, что ничуть не впечатлен и все так же не признает в существе главенствующую особь.

0

11

Сначала, когда человек выпрямился и надменно хмыкнул, Сатани просто молча хлопнул глазами, пытаясь определить, серьезно этот Стэн или нет. А потом сморщил переносицу, фыркнул и залился хриплым радостным ржачем, от которого обмирали крестьяне и стражники, когда слышали нечто подобное в ночном лесу.
Нет, ну как можно выпендриваться с настолько правдоподобно-серьезным выражением лица? Да еще и в таком положении. Нет, положительно надо будет что-нибудь такое воспитательное сделать, когда до дома дойдут - а то еще права начнет качать. Только не так, как на рынке - там особо строптивым и языки отрезали, и уши, и ступни - если охочи были до побегов. Но чаще лишали тех частей тела, которые не портили внешнего вида.
Он же себе подарок делает? Себе. Значит, надо блюсти его целость. Пусть и в ущерб свободному времени - так даже интереснее.
Подхватив последние вещи, Йохунг без всякого почтения дернул за веревку и полез в боковой проход, ведущий в штольню. На ходу он подхватил у стены лопату, сложил ее и прицепил к рюкзаку. А то уже забыл одну однажды - так и не нашел потом.
Он шел под землей, и земля говорила с ним. А пуще нее - близкие горы и проплывающая прямо над головой медная жила - не вскрытая еще людьми, она говорила тихо и невнятно, но даузер понимал. Умение слышать вдалбливалось таким, как он, чуть ли не поперед всего.
Шли они почти прямо, только иногда спускались на уровень ниже или поднимались, обходя нерушимую скалу или залегшую в глубине жилу. Но чаще спускались, постепенно все больше отдаляясь от поверхности.
Факелов нигде не было, и Сатани нес в руках вытащенный из скобы в стене рядом со вскрытым занорышем. Нес больше ради человека, чтобы тот не переломал ноги в кромешной тьме - сами тролли прекрасно видели в темноте. Можно было, конечно, использовать и налобный светильник, но, во-первых, масляных ручьев под землей доселе не наблюдалось, а во-вторых - он давал очень яркий свет, от которого быстро уставали глаза.
- И кто ты такой, человек Стэн? - произнес даузер, когда ему наскучило слушать сопение за спиной. Посмотрим, складно ли умеет врать. Тем более что после длительного перехода бывает трудно собрать мысли в кучу и начать изобретать.
За стеной, по соседнему тоннелю, проползло нечто... массивное. Во всяком случае, для даузера дрожь земли была хорошо ощутима и понятна. Наверное, чей-то люсус вышел на охоту. Или дикий подземный зверь ищет кого-то достаточно беспечного, кто не озаботится загодя убраться с дороги...
Иногда люди ловили под землей или в глубине лесов прекрасных молочно-белых зверей и пытались их приручить, но те в неволе не жили - отказывались от воды и пищи и умирали. Попадать дикому хранителю в зубы было поистине незачем, и Сатани свернул в один из небольших проходов, задумав сделать небольшой крюк. Можно будет, конечно, "откупиться" человеком, но ведь не для того же он его поймал, чтобы сразу отдавать.
Ноша за спиной приятно грела рассудок, настраивая мысли на оптимистический лад. Плюс постепенно становилось теплее - они подходили к Горну, огромному вулкану, рядом с которым с другой стороны располагалась летняя выездная резиденция принцессы Харли.

0

12

Стэн возмутился такому пренебрежительному смеху, коим залился злосчастный тролль. У него от гнева едва не покраснели уши, но все же эта ситуация еще больше стала напрягать – внушительный ряд зубов не показался парню такой уж веселой и безобидной штукой. Притихнув, он принялся обдумывать план побега. Если его сейчас куда и поведут, то точно не на поверхность, а значит, выход будет в другой стороне. Отлично, осталось только понять, в какой именно стороне – дорог было довольно много. Пробираясь по весьма невысокому коридору, белесый внимательно прислушивался и запоминал повороты, понемногу ковыряя пальцами проделанные ранее дыры в лоскуте, связывающем ему руки. Мало-помалу дыры становились больше, а там и порвать можно будет тряпку. Тишина вокруг стояла буквально гробовая, постепенно прохладный воздух подземелий становился теплее, а его пленитель наконец подал голос.
- И кто ты такой, человек Стэн?
Человек Стэн задумался, что именно под этим вопросом подразумевал чертов рогатый, поэтому промедлил с ответом. Нельзя же вот так рассказывать кому бы то ни было о себе больше, чем тот уже знает. Не было никаких сомнений, что этот даузер видел брошь на омоньерке, а значит, уже понял, что у Стэна двойное гражданство. И что это давало? Да как минимум весомый довод в пользу хорошего благосостояния юноши. Значит, пользоваться обычной байкой для путников было нельзя от слова совсем – не поверит. Придется на ходу выдумывать себе правдоподобную легенду, может и прокатит, если этот демон знает о жителях поверхности столько же, сколько знает сам Глэйвон про жителей подземелий.
- Простой человек, - он пожал плечами и начал медленно рвать ленту, совершенно неслышно и аккуратно. – Раб'отаю на т'орг'овый д'ом, бегаю тут п'о д'ор'огам с мелкими п'оручениями. Из Дерса - в Пр'оспит, из Пр'оспита - в Дерс. Денег как так'овых не мн'ог'о, н'о на жизнь хватает, - к счастью, с собой он и правда взял какие-то жалкие крохи, рассчитывая пополнить кошелек уже дома. – Живу с семьей. Чудесные люди, 'отец раб'отает на пашне, мать следит за д'ом'ом и сестрами, чт'обы глуп'остями не занимались. В'от, думал, выпр'осить у х'озяина 'отрез ткани сестричкам п'о в'озвращении. 'Они уже п'оди заждались меня~
Монотонный голос успокаивал его куда больше, чем мысли о побеге. Парень практически вживую видел эту милую несуществующую семью, мать, ждущую его возвращения, сестричек, вышивающих по ткани, работягу-отца, то, чего у него самого никогда не было. Стэн никогда не задумывался о чем-то таком всерьез, его устраивали и дядя-извращенец, и вечные уроки с малых лет. Да и заботился он разве что о прелестных дамочках, хихикающих между собой, когда уверены, что никто не смотрит. Говорить было так же легко, как дышать – парень умел лгать лучше любого придворного подхалима. Слова сами возникали в голове: то, чему люди сочувствуют, то, что им нравится, то, что оказывает нужное воздействие. Простая одежда не могла его выдать, ведь он носил самый обычный шап и синее платье с вязью узоров – не так уж и вычурно, если подумать.
- Думаю, на такую задержку ск'ор'о 'обратят внимание, да еще и т'овар… Нех'ор'ош'о вышл'о, ты так не думаешь? – оставался последний участок, руки уже почти были свободны. Белесый даже специально подошел немного ближе, чтобы максимально ослабить натяжение. Ему потребовались доли секунды, чтобы развернуться, на ходу порвать веревку и пуститься в обратном направлении. Лоскут еще не успел упасть на землю, а он уже скрылся за последним минувшим поворотом, искренне надеясь на сильные ноги и хорошую память. Главной задачей было – вернуться в ту самую часть шахты. А там вверх по стене и потолку – сложно, но не невозможно. Хоть бы этот демон оказался не таким проворным, не зря же в свое время Глэйвон-старший замучил бедного парня подготовкой и прочей малоприятной лабудой. Теперь эти навыки могли пригодиться в полной мере.

0

13

Сатани аж заслушался. Правду говорят - у людей складнее врать выходит. Не то чтобы он находил в речи Стэна в целом какие-то логически нестыковки - просто слышал, что ему врут. На поверхности его чутье никогда не обострялось настолько, чтобы в отзвуках чужого голоса и шепоте земли он четко различал это едва слышное лжец, лжец, лжец.
И то, что человек напрягся, он тоже смог почувствовать. Не в смысле физического напряжения, когда затевается какое-то движение, действие, а напряжение внутреннего характера. Намерений.
Подняв свободную руку, даузер расстегнул карабин рюкзака на груди. Потом второй. Немного подумал и разомкнул фибулу, оставив плащ просто висеть на плечах. Оборачиваться он не стал - незачем, да и человек еще не договорил. Так что Сатани просто шел дальше и внимательно слушал монотонную речь пленника, внутренне замерев в ожидании. Сосредоточенность помогала еще больше обострить восприятие происходящего, да и гормоны в кровь начали поступать когда нужно, а не за полчаса до драки.
На что человек надеялся, когда побежал?
На скорость? На память? На удачу?
Даузер одним слитным движением плеч скинул с себя рюкзак и плащ, бросил на землю факел и рванул за человеком. Благо тот в идеальной темноте, шаркая руками по стенам и запинаясь о камни на полу, шумел, как отара овец. Нагнав его несколькими сильными полузвериными скачками, Йохунг сбросил скорость, продолжая следовать за Стэном. Он должен понять, что здесь, под землей, "на свободе" его ждет гораздо более серьезная опасность, чем рядом с его пленителем. Сапоги Сатани сбросил еще в том коридорчике, и ноги по давней привычке несли его вперед совершенно бесшумно. О брошенных вещах он сейчас не беспокоился - никому из местных они не приглянутся, кроме разве что неотом и шалашников, но эти виды люсусов не живут под землей, а вероятность того, что на них наткнется еще один тролль, была еще меньше. Несмотря на то, что тролли были жуткими индивидуалистами, общие цели и общие опасности заставляли их сплачиваться, и сейчас в Городе жило больше особей, чем на всей остальной территории Проспита.
Сначала намерения человека дышали уверенностью - он был полон решимости отстоять свою свободу и независимость, а если и не отстоять - то вернуть ее себе хитростью, и уже одно это заставляло тролля еще больше разгораться азартом загонной охоты. Но постепенно все менялось. Человек Стэн начинал рыскать по сторонам. Останавливаться.
Иногда он, наверное, слышал Сатани. Точнее, не его, а просто вздох в темноте. Или шорох осыпающейся почвы. Или щелканье камней.
Для самого даузера оставалось загадкой, как это Стэн не слышит его сердцебиения - казалось, что сердце от азарта и лошадиной дозы гормонов стучит на все гребаное подземелье, чуть ли не до звона в ушах. Руки и ступни ощущались горячими из-за прилива крови.
Когда они пробегали через старую выработку, изобилующую ямами в земле и как минимум с тремя-четырьмя входами-выходами, Сатани поднялся по гребню вынутого, но почему-то не вывезенного шлака к самому потолку, слушая, как слежавшаяся порода тихо потрескивает под ногами.
Он ждал, когда человек устанет.

0

14

Первый пролет Стэн пробежал с рекордной для себя скоростью, вытянув вперед руку и определяя на ощупь стены. Это давало какую-то возможность не врезаться со всего маху в твердую породу, но в остальном себя он переоценил. Без малейшего света белесый довольно быстро сбился и перестал понимать, где он теперь бежит. Заблудился. Одна паническая мысль и понимание того, что сзади его настигает чертов тролль, готовый наверняка выпустить пленнику кишки, заставляла волосы на затылке вставать дыбом. Только эта нерадостная идея подгоняла спотыкающегося и плутающего человека, заставляя раз за разом больно ударяться о камни и приводить себя в равновесие каким-то чудом. Погоня продолжалась, иногда ему даже чудилось дыхание за спиной, но парень не оборачивался и стремился найти хоть какую-то лазейку. От очередного столкновения разбитых в кровь пальцев с острыми камнями он едва не вскрикнул, прикусив губу и сворачивая наудачу. Здесь не должно было быть развилки, это Стэн знал. Как и знал, что дальше знакомого участка тоже не будет.
Ноги несли его дальше, шап уже порядком мешался, так что Глэйвон отцепил с него брошь и скинул тряпку, даже не подумав, что только оставляет следы. С собой не было ничего, что могло бы дать хоть каплю света, какая-то роковая неудача преследовала юношу попятам, обсыпая ему буквально под ноги какие-то камни и мусор, который тот не мог даже увидеть. Очередной булыжник все-таки заставил его упасть, но вместо жалости к себе любимому белесый взял низкий старт и рванул вперед с удвоенной силой. Ему постоянно чудился посторонний шум, это одновременно пугало и завораживало, хлыстом подгоняя уставшего торговца. Определенно, это вам не по лесу круги наворачивать. Глаза постепенно привыкли и теперь темнота не резала, а просто обволакивала все вокруг, не давая разглядеть хоть что-нибудь.
Тщетно. Давно было уже понятно, что выход сам он найти не сможет, но продолжал бежать из чистого упрямства и надежды на спасение. Пусть у него и не было милой семьи, которая ждала бы его в Проспите, он все равно был нужен кому-нибудь там, наверху. Небольшой подъем вверх даже повысил немного планку оптимизма, хотя кроме этого не изменилось ничего. Стена, поворот, стена, стена, поворот, вниз. Путь теперь не казался верным, ведь разве можно выйти, спускаясь, а не поднимаясь? Выдохнув сквозь зубы, парень едва удержался и не стал разворачиваться, ведь кто знает, насколько его палач близко – может он только и ждет, чтобы Стэн чуть-чуть замедлился, чтобы сцапать его и научить кодексу пленных. Лишиться ноги – лишь малая часть, которую он мог заслужить за попытку к бегству. Нет уж, лучше вперед.
На каком-то участке белесый услышал жуткий звук перемещения какого-то гигантского существа совсем неподалеку, спереди. Поэтому он машинально свернул вбок, надеясь обогнуть неведомую тварь, и с удивлением понял, что никакой это уже не тоннель, а целое помещение. Место для маневра оказалось не изведано и Глэйвон окончательно потерялся в пространстве. Рука машинально скользнула в сумку, а в пальцах оказался заточенный пятак – последнее оружие, которое раньше он достать просто не мог, не сломав себе кисть. Не ахти, конечно, но хоть что-то. Вот тело снова прошило болью от встречи со стеной, и блондин дал деру вдоль нее, надеясь наткнуться на какую-нибудь дыру. Желательно – поменьше.

0

15

Сатани никогда не любил пытать пленных. И воспитывать учеников он тоже не любил. Но при этом четко понимал, что если хочешь научить своего подопечного смирению - одним пряником не обойтись.
Когда человек бросился в один из узких боковых ходов, чиркая макушкой по низкому потолку, даузер не спеша спустился с очередного курганчика пустой породы и уже неторопливо побрел следом - он помнил, что этот коридорчик заканчивался маленьким рукотворным занорышем, который не успели доделать. Несмотря на замедлившийся темп, тело желало действий, пока не перегорела энергия - двигаться, бежать, бороться.
Когда он дошел до занорыша, человек слепо и беспомощно шарил руками по стене, еще то ли не понимая, то ли не веря тому, что сам загнал себя в ловушку.
- Это тупик, Стэн, - в тишине, нарушаемой только тихим шорохом осыпающейся под руками Глэйвона земли, низкий голос тролля прозвучал, словно раскат грома. Он встал прямо перед проходом - не обойти, не перепрыгнуть.
А человек, только заслышав это, даже ничего не сказал - прижал разбитые руки к груди шагнул назад. Будто даже сжался, стараясь казаться незаметнее, слиться с темнотой. Это было бесполезно - даже если бы Сатани не видел в темноте, он ощущал бы запах крови человека, слышал его хриплое дыхание.
- Я вижу в темноте, - сообщил Сатани и скрестил руки на груди. Ему сделалось интересно - совершит ли человек еще какую-нибудь глупость или нет.
- Св'ол'очь, - не хуже трилиска прошипел беглец, сжимая кулаки и отступая еще на шаг. Как раненый зверь, который уже почуял, что сзади обрыв.
- Я не виноват в том, что здесь ты скорее сдохнешь без меня, чем выберешься наружу, - пояснил свои действия даузер, сделав шаг за ним. И еще один. И еще.
- А с т'об'ой я выберусь, да? - зло произнес человек, уже уперевшись спиной в стену. Сатани буквально кожей ощущал, как его ненавидят и боятся. Мда, а знакомство состоялось на более позитивной ноте. Даже пространство вокруг будто напряглось - оба ждали любой пакости от оппонента, и оба были готовы противостоять.
- Нет. Но зато не сдохнешь, - уверил даузер, протягивая вперед руку, и тут человек, как и ожидалось, не выдержал.
- Не уверен, чт'о х'очу эт'ог'о, черт'ов тр'олль! - выкрикнул Стэн и на удачу взмахнул рукой перед собой, пытаясь отогнать назойливого пленителя. В окровавленных пальцах была зажата монетка с отточенным краем - любимое орудие карманников всех больших городов. Провокация удалась на славу - человек снова бросился в крайность вместо того, чтобы выждать более подходящего момента для применения оружия. Сатани тихо зашипел, согнув и разогнув сочащиеся темно-зеленой кровью пальцы - на двух кожа была рассечена, но это была невеликая плата за то, чтобы снова обезоружить пленника - Йохунг сгреб его за запястье вооруженной руки и прижал к стене, не давая нанести еще удар. Некоторое время они с сосредоточенным пыхтением боролись - Стэн не хотел снова потерять относительную свободу, а Сатани не хотел его калечить. В конце концов, потеряв терпение, он резко вывернул окровавленное запястье, и человек тихо заскулил от боли. Пальцы разомкнулись сами, и монетка упала на пыльный пол.
Перехватив одной рукой оба запястья обессиленного человека, другой даузер скользнул к лицу Глэйвона и когтями зажал одну из серег в его ухе, немного оттягивая кожу.
- Скажи мне, человек - зачем ты это сделал? - негромко проговорил Сатани, и было неясно, спрашивает он о проколах или о довольно бестолковых попытках сбежать. - Любишь, когда немного больно?
Тролль тяжело, с хрипом дышал, щеря небольшие клыки. До крайности странное, должно быть, ощущение - когда ты стоишь, прижатый к стене подземной тварью, которая может убить тебя голыми руками, и отчетливо чувствуешь, что у него в брюках, совсем близко рядом с твоими бедрами шевелится вовсе не заползшая в штанину степная гадюка.

0

16

Стэн почти потерял надежду, когда нащупал проем в камне. Идти в полный рост там казалось весьма проблематично, приходилось наклонять голову, но выбора у него практически не оставалось. Несколько шагов и рука вновь упирается в острые края, парень привычно ищет, куда бы свернуть, и с ужасом понимает, что это обыкновенный тупик. Отказываясь верить в такую неудачу, он слепо расставляет руки и идет обратно, шаря по стенам в поисках заветного поворота. Тщетно, по внутренним меркам он уже практически дошел до выхода из этого кармана, когда напряженную тишину прорезал низкий, грубый голос.
- Это тупик, Стэн.
Нет, нет, нет, нет. Он отказывался верить в то, что его поймали. Судорожно прижав покалеченные руки к груди, белесый сделал шаг назад, пытаясь слиться с мраком и исчезнуть из злосчастного подземелья. В этой густой темноте воздух был практически осязаем, он клубился вокруг юноши, глухим эхом отзываясь на каждую упавшую каплю крови. Он боялся и надеялся, хотя прекрасно отдавал себе отчет в том, что его будущее уже вряд ли заиграет яркими красками. Что с ним теперь будет после вероломного побега? Мысли роились в голове, сбившееся дыхание никак не могло восстановиться, Глэйвон больше не мог убегать, он почти смирился с этим. Но не до конца – в руке было крепко зажато последнее оружие, хотя пользоваться им в целях обороны было бы просто самоубийством.
- Я вижу в темноте.
Четыре слова, которые могут перевернуться мир. Он видит. Он видел. Знал, куда шел напуганный блондин, следил, наблюдал и выжидал. Играл с ним. От осознания этого сердце предательски сжалось и застучало с бешенной силой. У него никогда не было возможности убежать отсюда, потому что он уже стал чертовой игрушкой для хищника. И теперь этот зверь наверняка захочет наказать беспомощного парня. Это даже не было охотой, у Стэна изначально не оставалось ни шанса на победу. На одну чертову мнимую победу.
- Св'ол'очь, - зашипел он, вкладывая в это всю свою ненависть и презрение, больше всего желая, чтобы чертов рогатый убрался отсюда и навсегда исчез из его жизни.
- Я не виноват в том, что здесь ты скорее сдохнешь без меня, чем выберешься наружу.
- А с т'об'ой я выберусь, да?
Парень уже успел отойти к стене, словно там мог появиться проход за такое время, но отступать больше оказалось некуда. Тролль подходил все ближе, загоняя добычу в угол, а сам белесый не мог решить, что же лучше: умереть от голода в шахте или от руки извращенного садиста.
- Нет. Но зато не сдохнешь.
Это стало последней каплей.
- Не уверен, чт'о х'очу эт'ог'о, черт'ов тр'олль!
Стэн сделал выпад наудачу, стараясь причинить как можно больше вреда этому жуткому существу. Оружие нашло свою цель, Глэйвон почувствовал это сразу, не ослабив, однако, ни силы, ни рвения. Но и тут чудовище вышло победителем. Парень сопротивлялся изо всех сил, стараясь перехватить инициативу, но даузер ловко вывернул его руку, едва не ломая запястье. Всхлипнув от резкой боли, он выронил монету, в последний момент пытаясь удержать ее в не слушающихся пальцах, но не смог. Теперь обе его руки были надежно зафиксированы, а странный рогатый решил поглумиться над жертвой, с силой оттягивая одну из серег.
- Скажи мне, человек - зачем ты это сделал?
Он практически не понимал, что говорит этот тролль. В голове сгущался туман, подергиваясь кровавой дымкой, заставляя слушать едва ли важную ерунду. Зачем он сделал это? Они же сейчас о побеге, да? Разве нужно отвечать на такой вопрос? Ответ гораздо очевиднее, чем то, что сил сопротивляться у белесого практически не осталось. Руки горели огнем, а напряжение в мышцах не позволило бы ему даже развить нормальную скорость, не говоря уже о попытке унести ноги.
- Любишь, когда немного больно?
Вопрос застал врасплох, юноша попытался максимально сфокусировать взгляд на существе перед ним, что было весьма непросто – темнота не давала увидеть его черты даже на таком расстоянии. Какое-то странное ощущение у бедра Стэн отметил уже чисто машинально, не отдавая тебе отчет в его происхождении. Боль накатывала волнами от каждого грубого прикосновения тролля, но юноша почти не морщился, только напряженно хмурился и молчал, стараясь сохранить хоть какое-то понятие о гордости.

0

17

Какое-то время даузера одолевала страшная тяга наклониться еще пониже и долбануться головой об стену. Чтобы пропал соблазн торопить события, да и мозги б заодно окончательно после погони прочистились.
Вместо этого Сатани ограничился тем, что коротко выматерился про себя, пару мгновений стоя неподвижно. Потом дернул ничего, кажется, и не понявшего человека за окровавленные запястья, заставляя посунуться головой вперед, и нежно тюкнул по темечку одной из дубинок. Убедившись, что тот действительно всего лишь потерял сознание и никакая опасность ему сейчас не угрожает, Йохунг с некоторым трудом навьючился, перекинув долговязого пленника через плечо, и повернул назад.
Свой удар он хорошо знал, так что человеку немного побыть в расслабленном состоянии только на пользу пойдет. Подумаешь, до утра голова поболит - это же не смертельно. Да и руки подсохнут... черт, да где можно было их раздолбать чуть ли не до кровавого фарша? Не через туннель со свежей щебенкой же бежали - там не только руки, там и голову можно сложить... Сатани фыркнул. Какие же они обычно неловкие под землей.
Остро пахло кровью и сухой пылью. Иногда с кончиков бледных ободранных пальцев, покачивающихся по спине даузера в такт шагам, срывалась загустевшая капля и с неожиданно четким звуком падала на выглаженный пол. Но вскоре все царапины подсохли, стянув кожу коркой, и только самая крупная еще слегка сочилась сукровицей.
Уже подходя к месту старта, Сатани чуть наклонился, не останавливаясь, и подхватил свободной рукой сброшенный на пол шеп. Шел он более коротким путем - во время игры в догонялки Стэн изрядно попетлял по уровню, а сейчас тролль нес его напрямик, к оставленным вещам. Добравшись до "начала", тролль ссадил свою слегка зашевелившуюся поклажу на пол и отошел к рюкзаку, на ходу напряженно размышляя. В принципе, человек и сам себя достаточно наказал, осталось только выбрать, как его дальше вести.
Потянув с пола уже один раз сброшенную человеком веревку, даузер натянул сапоги, взял в другую руку рюкзак и шагнул к Глэйвону. Остановившись прямо над ним, Сатани в последний раз потеребил веревку, удостоверяясь, что все завязал правильно. Стэн, словно почувствовав его присутствие в темноте, сморщился и зашипел, пытаясь приподняться с пола.
Не сдержавшись, тролль приоткрыл рот... и зашипел в ответ. Только более глухо и низко, как крупная туннельная рептилия. Потом сбросил на колени Глэйвона его шеп. А потом накинул ему на голову веревочную петл, соскользнувшую на шею.
Человек Стэн от неожиданности распахнул глаза и рванулся назад, прижимаясь к стене. Естественно, веревку Йохунг и не подумал выпускать, поэтому петля сразу же затянулась на бледной шее - несильно, но ощутимо. И человек тут же с полоумным взором вцепился в шею, еще больше затягивая и, видимо, подумав, что его решили удавить, как лисицу в силке. Гоже ж ты мой, да его даже мучить жалко.
- Да не дергайся, это скользящая петля, - Сатани, как и в прошлый раз, привязал веревку к своему запястью, потом наклонился и когтем немного оттянул петлю на шее Стэна, ослабив давление. - Чем больше дергаешься, тем сильнее затягивается. Пойдешь впереди меня. Руки держи так, чтобы я их видел.
Человек ме-едленно, как в дурном сне, в который не хотелось верить, поднялся на ноги, пошатнувшись от слабости. Мда, а ведь всего несколько часов прошло.
- П'очему... - он с бессильной злобой в синих глазах уставился на своего пленителя, который в этот момент пытался запалить от почти прогоревшего факела второй, чтобы человек не угодил ногой в щель в полу или на острые камни.
- Почему что? - Сатани скосил на него взгляд, на мгновение оторвавшись от занимающегося факела.
- П'очему я здесь? - тоскливо и тихо проговорил Глэйвон, разглядывая протянувшуюся от его горла веревку.
Даузер пару мгновений размышлял над ответом, но в конце концов сказал как есть:
- Тебе просто не повезло, - шагнув в сторону, он закинул на спину рюкзак и снова повернулся в сторону родных мест. - Иди. Мы почти пришли.

0

18

Стэн устал, устал настолько, что уже почти не реагировал на провокации враждебного существа, сохраняя относительное спокойствие и глубокую ненависть, заполняющую сознание. Осознание того, что здесь происходило, больно ударило по не такому уж большому самолюбию, прошлось по гордости, практически уговорило сдаться и отчаяться. Почти. Он не хотел и не мог просто так опустить руки и позволить треклятому монстру помыкать им так, как тому вздумается. Превращаться в чужую пищу или, тем более, игрушку, никогда не было заветной мечтой блондина, всю свою жизнь доказывающего собственную значимость и независимость. Даже Дядя признал в нем своего преемника, довольный результатом своих каких-то ухищрений, но теперь будущее на глазах становилось опасным и мрачным.
Бессилие давило на него, вызывало ненужные и унизительные мысли о собственном подчиненном положении, бесправном и, в общем-то, не нужном. Сколько он протянет в этих подземельях, пока его не решат наконец убить? Сутки? Месяц? Год? Одно он знал точно – пропавших не находят. Не было такого, чтобы вернулся кто-то, кого забирали тролли, а старики только рассказывали кучи глупых слухов. Время тянулось слишком быстро, но даже такой секундной передышке Стэн был рад, силясь привести мысли в порядок и не додуматься до чего-нибудь действительно ужасного. Но у всего есть свой предел, монстр неожиданно дернул изувеченные руки на себя. Короткая вспышка боли и больше белесый уже ничего не чувствовал, проваливаясь в омут собственного воспаленного сознания.
Очнулся он на земле, с непривычки попытавшись открыть глаза, но тут же зажмурившись от яркого света факела. Голова нещадно болела, отвлекая от нерадужных мыслей, а из горла вырвалось раздраженное усталое шипение, когда парень попытался встать. Следующие события произошли столь неожиданно, что юноша даже не успевал реагировать на все них сообразно собственному желанию. Резкое глухое шипение в ответ, приятная тяжесть ткани, такой знакомой, с тонким родным ароматом, и жесткий узел, связывающий горло. Испугавшись, он рванулся назад, затягивая петлю и вновь врезаясь в отвратительно неровную стену, хватаясь израненными пальцами за горло и пытаясь ослабить хватку. И только тогда заметил тролля, с каким-то странным выражением на лице следящим за этим глупым и отчаянным действием.
- Да не дергайся, это скользящая петля, - тролль подошел к нервно сжавшемуся парню и неожиданно ослабил веревку, не став делать ничего ужасного, что, безусловно, мог бы в своем привилегированном положении. - Чем больше дергаешься, тем сильнее затягивается. Пойдешь впереди меня. Руки держи так, чтобы я их видел.
Стэн неуклюже поднялся, едва удерживая равновесие. От такой резкой смены плоскости голова заболела еще сильнее, но парень терпел. Пошатнувшись и с трудом устояв, он обреченно и немного зло уставился на своего мучителя, невольно задавая вопрос, который никак не мог выбросить из головы, сколько бы ни пытался.
- П’очему..?
И правда, почему? Почему он попал сюда, почему этот тролль не убил его там, почему ведет куда-то, почему не отпустил, почему позволил попытаться сбежать. Почему он не наказывает его, хоть и побег считался отвратительным преступлением, особенно неудавшийся. Почему принес сюда, почему вновь куда-то ведет. Почему не бросил умирать в подземелье и не скормил страшному зверю. Почему делает это с ним, почему смотрит так странно. Почему он почти отчаялся и уже не уверен в собственных возможностях. Столько вопросов, которые можно было бы задать и на которые ответить мог бы только даузер, пленивший его. И который ничего не понимал в настоящих терзаниях юноши, страхе неизвестности.
- Почему что? – рогатый оторвался от зажигания второго факела, который, по мнению самого Стэна, был абсолютно не нужен.
- П'очему я здесь? – тихо и тоскливо прошептал белесый, обреченно разглядывая веревку, стягивающую его горло, вкладывая в эту фразу все свои опасения и страхи.
- Тебе просто не повезло. Иди. Мы почти пришли.
Слова ужасно остро вонзились в сознание, раздирая остатки надежды на кусочки. Не понял. Тролль просто не понимал, что хотел сказать этим Глэйвон. И не понимал, сколько всего он хотел сказать. Сжав на секунду кулаки, он послушался, раздираемый глухой болью и злостью. Вернув себе немного самообладания, белесый почти ровно и уверенно шагнул навстречу бесчувственному рогатому, занимая обозначенное место. Тяжело вздохнув и собрав в кулак все свое самообладание, он сцепил руки в замок за спиной и двинулся по коридору, упрямо держа спину прямо и идя нарочито медленно. Ему еще повезет. Он уйдет отсюда, выберется, справится. Так Стэн думал, выискивая взглядом хоть что-то, что сойдет за средство борьбы. Так он думал еще много раз до этого, и именно так начиналось все плохое, что с ним происходило.

0

19

Дальнейший путь, почти прямой, был донельзя монотонным, так что даузеру страшно хотелось начать петь на ходу или что-нибудь высвистывать... даже человек, и тот вел себя смирно. Правда, шел ужасно медленно, так что приходилось все время подгонять его, тыкая концом дубинки между лопатками. Только так, чтобы случайно на пол не уронить - и так шатался под конец пути, как после недельного запоя. Ничего, вот дойдут, и можно отлеживаться сколько влезет.
Еще только подходя к дому, Сатани по характерным признакам понял, что люсус рядом с ульем. Лучше их сразу познакомить, чтобы не вышло какого казуса - его Хранитель, несмотря на мирный характер, не очень любил незнакомцев на своей территории.
Ульем, конечно, обиталище даузера назвать можно было с большой натяжкой - настоящие ульи строили на поверхности, но тролли всегда обозначали места жительства только одним словом. По сути это было просто короткое ответвление старой выработки, над которым потрудились дроны-строители - выгладили и уплотнили стены и пол, поставили опоры и обили все дубовой вагонкой.
- Стой, - произнес Йохунг, когда человек по инерции прошел мимо двустворчатой деревянной двери прямо в стене коридора. - Пришли.
Дверь, естественно, была не заперта. Его Хранитель мог выгнать из штольни даже трилиска, вздумай тот заползти в уже обжитое ответвление. Или заблокировать путь для нежелательных гостей. В конце концов, это была его территория - люсуса и его маленького воспитанника, еще не достигшего возраста зрелости.
Заперев за собой двери, Сатани не удержался и с большим облегчением вздохнул, гася факел. Ёбаное всё, наконец-то его глаза нормально отдохнут. Все вокруг погрузилось в непроницаемую темноту, но ненадолго - пройдясь вдоль стены, даузер зажег маленькие светильники из темного стекла, дающие мягкий, неяркий свет. В нем четко вырисовывались деревянные пол, стены и потолок, шкафы, три стола, составленные буквой Т, не зажженные светильники, еще два прохода в другие помещения, висящие на стенах предметы - по большей части инструменты. Над одним из столов в крепежах покоилась мандолина, а над краем другого была подвешена связка тонких ремешков с нанизанными на них разноцветными бусинами.
- Садись туда, - сняв со своего запястья веревку, даузер ткнул когтистым пальцем на один из стульев, стоящих вокруг столов, и скрылся в блоке отдыха, на ходу стягивая через голову разгрузку и кожаный жилет. Из норы в противоположной от входа стене высунулась морда люсуса - он пошевелил усами-вибриссами и пошел знакомиться со Стэном.
Все-таки хорошо, что он у меня не хищный, с некоей ноткой веселости подумал Сатани, выходя из блока отдыха с кожаным коробом в руках. Надо будет выправить ему руки, что само не срастется - зашить, и можно ненадолго оставить в покое.

0

20

Вообще путь проходил довольно забавно. На некоторых участках Стэн даже успевал посчитать камни под ногами, пока в спину в очередной не врезалась дубина и не приходилось немного ускориться. Впрочем, ненадолго. Молчаливый бойкот продолжался и только набирал обороты, парень ни в коем случае не желал сдаваться. Пусть ноги уже еле идут и адски хочется пить, расслабится он, в лучшем случае, когда почувствует себя в безопасности. Что будет весьма и весьма не скоро. Пусть он не особо глазел по сторонам, но двустворчатые двери как-то сами собой выделялись из общего вида, будто прося открыть их немедленно. Памятуя о предыдущих не особо удачных советах внутреннего голоса, белесый решил ничего не предпринимать: ведь если это вход в дом тролля, тот сам скажет об этом человеку.
Так и оказалось, властным приказом рогатый велел остановиться и завел прямо внутрь, через незапертые двери. Сколько всего успел за эту минуту надумать себе юный блондинчик – не передать словами. От причудливых пыточных аппаратов до каменной доисторической мебели. На деле все оказалось куда прозаичнее – приятная глазу штольня с деревянной облицовкой не казалась ни пугающей, ни опасной. И этого он страшился? Глупости какие. Его пленитель тем временем с каким-то странным выражением на лице погасил факел и вздохнул. Видимо, ему прогулка тоже не доставила особо приятных ощущений. В темноте пришлось находиться сравнительно недолго, даузер куда-то отошел – судя по натянувшейся веревке – и снова появился свет, но гораздо тусклее.
Теперь Глэйвон мог как следует оценить место, в которое попал по воле случая. Достаточно просторное, с уже поднадоевшими проходами куда-то и с кучей инструментов. Наметанный глаз на ходу оценивал такое богатство, прикидывая, сколько трудяга выложил за него. Выходила весьма немаленькая сумма, что, учитывая общее впечатление, казалось весьма значительным достижением. Приказ садиться белесый не воспринял вообще никак; дождавшись, пока его мучитель скрылся в одном из коридоров, Стэн рванул к двери и, не добившись ничего простыми толчками, принялся изучать замок. Не мытьем, так катаньем. К сожалению, его прервал какой-то посторонний шум из противоположного проема, поэтому парень предпочел все же не рисковать. Несколькими рывками он пересек расстояние до столов и с размаху опустился на ближайший стул, делая вид напускной невинности.
Впрочем, вид этот, невинный, продержался ровно до того момента, когда торговец увидел выползающее из коридора нечто. Нечто было белого цвета и относилось явно к категории живых существ, но размер его был отнюдь ненормален. Навскидку эта тварюшка явно принадлежала к семейству бурундуков, но таких бурундуков в лесах не водится. Нервно сглотнув, когда существо пошевелило усами и двинулось на него, Стэн плавным движением перебрался на стол, поджав ноги и не сводя взгляда с белого переростка. Появление тролля он благополучно пропустил, посвятив все свое внимание новой и, безусловно, неизученной проблеме. В конце концов, если это одна из редких зверушек, вылавливаемых охотниками, то дело плохо. Повадки и особенности таких видов изучению не поддавались никогда. И как себя с ним вести?
Расслабление явно затягивалось. Нервы одни, а между прочим, с этаким приемом можно и срыв заработать.  Психический, на почве потрясений. Но пока вроде нападать на него не собираются. Может быть, это зверь как кошка, погладишь - и все, больше не тронет? Решив не откладывать свою теорию в долгий ящик, белесый глубоко вздохнул и протянул немного дрожащую руку по направлению к белой морде, поманив пальцами. И позвал люсуса так, как умел.
- Кис-кис-кис…

0

21

Какое-то время Сатани просто стоял, оперевшись плечом о косяк и не выпуская из рук короб, и любовался на сцену знакомства Стэна и люсуса. Забравшийся с ногами на стол человек являл собой просто скопление нервозности, испуга и беспомощности, и тем трогательнее выглядел довольно деликатно обнюхивающий его люсус. Апогей милоты наступил, когда Глэйвон протянул к морде люсуса трясущуюся окровавленную руку и завел:
- Кис-кис-кис...
- Еще посвисти, - прокомментировал Сатани, шагнув к столу и сгружая на освобожденное Стэном место кожаный короб. Стало видно, что крышка сверху была расписана синей краской из ляпис-лазури. - Кстати, на правильный свист он действительно отзывается.
Слезший со стола человек с какой-то неопределенной интонацией фыркнул, скрестив на груди изувеченные руки, и отвернулся, разглядывая предметы рядом. Люсус, обследовав его еще раз для проформы, пошевелил усами и отправился обратно в свою нору - досыпать.
Сняв крышку с аптечки, даузер вспомнил, что забыл еще кое-что. Пришлось отлучиться в пищеблок, но теперь Стэн хоть не бегал туда-сюда по комнате в поисках выхода, топоча, как стая ежей. Вернувшись с кувшином воды, он бросил оценивающий взгляд на человека - тот слегка побледнел, можно даже сказать, посерел, разглядывая содержимое короба, хотя ничего страшного там вроде как не было. Кое-какие медикаменты в разных лекарственных формах, ремни для жгутов, пара коротких тонких ножей, завернутых в отрез льна, и прочая аптечная мелочь. Когда живешь один, быстро учишься готовиться к любой неприятности. Еще там было сухое топливо, но оно вообще неизвестно как в аптечку попало. С другой стороны, где ж еще его хранить.
Поставив маленький медный кувшин с водой на стол, Сатани сел напротив мнущегося Глэйвона, доставая плотные льняные бинты, квадратный чехол для мелочевки и пару глиняных пузырьков. Человек смотрел на него так, будто вполне ожидал, что сейчас над ним будут жестоко издеваться. В общем-то, подобные мысли были недалеки от истины, но это была скорее вынужденная необходимость.
- Сядь и вытяни руки вперед, - намочив отрез ткани водой, Йохунг уставился на покрытые коркой грязи и крови руки, когда Стэн наконец осмелился сесть и положить руки на столешницу. Фу, гогподи, как так вообще можно, как будто специально себе конечности раздербанил.
Сначала нужно было оттереть уцелевшую кожу от грязи и крови, потом аккуратно прочистить царапины и нахрен все залить обеззараживающей настойкой на крепком вине. А то и так на руках места живого нет. Руки Глэйвона приходилось придерживать, так как теперь ему выдержки явно не доставало - снова шипел и кусал губы, рефлекторно дергая руками от особенно сильного жжения. Но это все еще цветочки, а ягодки впереди.
Когда Стэн начал тихо хныкать, жмурясь, Сатани на секунду оторвался от работы, чтобы посмотреть на его лицо, и окончательно больше уверился в том, что у парня вот-вот нервы сдадут. Ну, главное успеть руки починить, а то обидно будет начинать потом заново.
Даузер смутно беспокоился - он не любил ситуации, в которых не мог решить чужие проблемы.
Быстро обтерев руки той же настойкой, тролль наконец приступил к финальной части починки - вытащил из чехла полулунную игру и катушку шелковых ниток. Поняв, что ему предстоит, Глэйвон окончательно спал с лица и наконец впервые за все время из знакомства посмотрел Йохунгу в глаза:
- Не надо, само заживет.
- Не заживет, даже кожа не сойдется, - покачал головой Сатани, разглядывая небольшую рану у запястья. Тонкую кожу рассекло полностью, и края раны разошлись. Это ж надо было так попасть - где надо и насколько надо, хорошо хоть жилу кровеносную не разорвало. Зачерпнув пальцем густой желтоватой мази из другого сосуда, даузер осторожно обмазал ею края раны и кожу вокруг, дожидаясь, когда начнется онемение. Эту ядрено пахнущую смесью меда и спирта мазюкалку делали из яда подземных пчел, но человеку такие подробности знать ни к чему. - Если загниет, мне придется тебе кисть руки отрезать.
Действительно, лечить глубокое заражение они еще не научились. Разве что ампутацией.
- Отрезать не надо, - проявил благоразумие Стэн, ерзая на своем стуле. Создавалось ощущение, что ему очень хочется вскочить и убежать. Но руку сохранить хочется тоже.
- Ну вот, то-то, - отложив в сторону обеззараженные иглу и нитку, удовлетворенно проговорил Сатани, прикасаясь кончиками пальцев к коже вокруг раны. - Чувствуешь онемение?
- Немного, - человек попытался пошевелить рукой, за что получил порцию неодобрительных взглядов - сейчас дергать его за руку было чревато.
Продев нитку в ушко иглы, даузер взял поврежденную руку под ладонью и прицелился:
- Расслабься и сиди. Старайся не дергаться, чтобы она куда не надо не воткнулась.
Глэйвон молча кивнул, сутулясь и еще больше уподобляясь больному встрепанному воробью. Пока Йохунг шил, он только покряхывал, иногда вздрагивая, но рука с места не сдвинулась ни на дюйм. Но, вероятно, не благодаря выдержке хозяина, а потому что отнялась до самого плеча. Но это ненадолго - через несколько часов рука у него заболит так, будто ее черти вилами тыкают и в ней три раза проворачивают. Затянув последние два узелка, Сатани отложил в сторону иглу, еще раз обмазал руки настойкой и быстро наложил повязки широкими льняными бинтами, еле удержавшись, чтобы не завязать на одной из рук бантик. Выразив степень благодарности кивком, Стэн снова подобрал к груди свои конечности, поддерживая одну руку другой. Кивка было достаточно, так как, в общем-то, все его эмоции были написаны у него на лице - от той самой благодарности до банального "я сейчас упаду прямо здесь".
Поднявшись из-за стола, даузер налил в чистую чашку воды и плеснул туда крепкого вина. В аптечке оно лежало для того, чтобы прижигать им мелкие царапины, но в качестве седатива тоже годилось. Выпил Глэйвон уже без разговоров, и Сатани, встав из-за стола, наконец смог нормально задуматься о том, где его разместить.

0

22

Идиллию не злого монстра и напуганного пленника прервал саркастичный комментарий Главного Монстра в его естественной среде обитания, что Глэйвон, не долго думая, отнес к вопиющему проявлению невежественности и оскорбления. Но на заметку взял, решив в следующий раз непременно попытаться поговорить с белым зверем с помощью свиста. Так, глядишь, и сможет подобрать способ к его приручению. Они просто обязаны сойтись на почве белесости и насильственного удержания в этом всеми забытом подземелье. В конце концов, парень нисколько не сомневался, что животина не меньше его обременена своим положением – увидеть очевидную симпатию последнего к «их» пленителю он не смог или не захотел. Рассудив, что на столе оставаться неприлично и глупо, Стэн слез обратно на пол, но на этот раз занимать облюбованный стул не стал, настороженно сложив руки на груди и присматриваясь к незамеченной раньше коробке. Задница буквально вопила о предстоящих плохих штуках, поэтому не подкупала парня и удивительно приятная глазу роспись, но, разумеется, вида своей нервозности он не показывал. По крайней мере, парень был уверен, что не показывал. Увлеченное разглядывание инструментов по левую руку должно было убедить в этом и единственного зрителя сего спектакля, который почему-то данным действием проникаться не спешил.
Люсус тем временем подошел поближе и, обнюхав нового квартиранта, решил удалиться. Никаких признаков благожелательности зверь не выказал, что несколько задевало тонкие чувства человека. Впрочем, похоже, в этой дыре подобных проявлений чувств ждать не приходилось ни от кого. Тролль тем временем куда-то ушел, оставив короб открытым. Был ли Стэн любопытным настолько, чтобы рисковать мнимым временным благополучием ради собственного удовлетворения интереса? Да. Не сказать бы, что он остался доволен, скорее только внушительно побелел, посерел и вообще приобрел неописуемо-неестественный оттенок лица. В конце концов, что с таким набором можно делать? Нет, некоторые медикаменты были очень даже знакомы, да и запах стоял соответствующий, но вот ножи – это нехорошо. По молодости парень сдуру согласился на некоторые болезненные процедуры, не особо беспокоясь ни о их настоящем назначении, ни о дальнейшей эстетике, а теперь с последствиями уже ничего не поделать. От Дяди тогда влетело знатно, да и кто был бы в восторге от того, что его подопечный наделал в ушах дырок больше, чем у него есть в голове. Второй причиной, как оказалось, служило и то, что в тот момент подобное изменение тела было своеобразным табу, нарушители которого относились в основном к низшим и нисколько не уважаемым кастам. Конечно, скоротечная мода меньше через десяток лет сделала ушные украшения нормой, но сказать такого о раздвоенном языке было никак нельзя. Впрочем, дамам нравилось, пусть Стэну еще не раз приходилось слышать о собственной излишней вычурности.
Серокожий вернулся очень быстро, поставив на стол какой-то маловыразительный кувшин. «Для кр'ови,» – подумалось было белесому, но плескавшаяся внутри жидкость успокоила первый порыв кинуться вперед со стулом наперевес. Но вырисовывающаяся картина ему не нравилась: тролль вполне мог измываться над пленником сколь угодно долгое время, а Глэйвон уже был не в состоянии оказывать достойное сопротивление. Долгий бег и раны сделали свое дело, ослабив его до неприлично ужасного состояния. Приказ сесть и вытянуть руки буквально припечатывал к полу, но юноша подавил в себе трусливо чувство, хмурясь и молча выполняя требование. У него была теория, глупая, безнадежная, слишком оптимистичная. Но именно в этот раз он оказался прав: рогатый решил помочь ему с руками. И пусть движения его были вполне осторожными, от новых вспышек боли это помогало мало. Парень постоянно норовил вырвать дрожащие конечности из цепких когтистых лап, но не мог. Оставалось только до боли кусать губы и шипеть сквозь плотно сжатые зубы, надеясь хоть как-то отвлечься. Хотя когда подобные детские фокусы помогали? В какой-то момент пытка стала совершенно невыносимой и Стэн бессильно захныкал, не смея просить отпустить его и прекратить лишние мучения, только жмурясь, сдерживаясь из последних сил. Но, кажется, движения тролля стали все же быстрее. Обработку каким-то антисептиком белесый перенес не в пример легче, но морально к виду набора юной рукодельницы оказался не готов. Спав с лица, он перл себя совершенно по-идиотски, уходя в глухую несознанку и умоляюще впиваясь взглядом в своего мучителя.
- Не над'о, сам'о заживет.
- Не заживет, даже кожа не сойдется, - тролль явно не хотел идти на уступки. Разумеется, парень понимал, что рана на запястье и правда весьма серьезная, но она больше не кровоточила, а пережить неровный и грубый шрам он уж как-нибудь сможет, не девчонка же. Но у его пленителя на это было свое мнение: он авторитетно наносил какую-то мазь на порез, даже не думая выслушать доводы в пользу отказа от радикальных средств. И, уже когда Глэйвон практически сформулировал объективную причину, по которой ничего больше делать было не нужно, выдал:
- Если загниет, мне придется тебе кисть руки отрезать.
Перспективы были оценены со скоростью кометы, а потому белесый после обреченного «'Отрезать не над'о» послушно заткнулся, опустив голову, и больше возражать не смел.
- Ну вот, то-то, - а вот даузер себя чувствовал прекрасно, если не удовлетворенно. - Чувствуешь онемение?
- Немн'ог'о, - Стэн даже не понял сначала, что имелось ввиду, пока не осознал, что боль в руке постепенно утихает. Он даже попытался пошевелить пальцами, но это у него почти не получилось – не называть же это бессильное дерганье движением?
- Расслабься и сиди. Старайся не дергаться, чтобы она куда не надо не воткнулась.
Ну вот и начался новый виток его пыток. Согласно кивнув и сникнув еще больше, парень малодушно уставился в стену напротив, отвлекая себя подсчетом и характеристиками известных ему инструментов. К счастью, таковых оказалось довольно много, а некоторые даже повторялись с небольшими различиями. Ощущения в руке притупились настолько, что он сам не заметил, как тролль закончил шить, среагировав только на мелькнувшие светлые бинты. Но посмотреть прямо он боялся, поэтому ограничился осторожным подглядыванием и, не увидев ничего особо страшного, немного расслабился.
Поведение этого существа сбивало его с толку. То он гоняется за ним по всему подземелью, то лечит искалеченные по глупости руки. А может, просто продаст его в скором времени, а такая забота нужна для товарного внешнего вида. Сил зацикливаться на чем-то настолько серьезном уже не было, поэтому парень просто благодарно кивнул за помощь и поспешил убрать руки. Так, на всякий случай. Рогатый, похоже, не возражал, потому что не потребовал вернуть конечность обратно на стол. За всеми этими глупыми и ненужными сейчас измышлениями он не обратил внимания на то, что ему уже принесли какое-то непонятное пойло, резко шибающее чем-то смутно знакомым, но спорить не стал. Взяв чашку негнущимися пальцами, он послушно выпил содержимое, чувствуя разливающееся по горлу тепло. Кажется, что-то слабоалкогольное, но и это уже мало интересовало. По крайней мере, оставался один существенный вопрос, требующий пояснений – куда теперь его денет этот садист.
Вариант «Клетка» занимал там далеко не последнее место.

Отредактировано amoralTagged (2014-01-29 02:43:45)

0

23

Сатани давно привык думать "на ходу", занимаясь какими-то привычными делами, которые руки уже смогут сделать сами, без участия разума. Края царапины у человека под повязкой были красными и распухшими, но уже завтра кожа заровняется, если у Стэна не начнется лихорадка. В его положении это будет явно лишним - и так уже сейчас чуть ли не со стула валится (хотя лихорадка, собственно, нигде и никогда не к месту). Так что, как сказала бы кровь всякого здорового тролля - пора сворачиваться.
Дособирав инструментарий и ополоснув руки, Сатани хотел было идти снимать залипшего Глэйвона со стула, но снова обнаружил рядом с ним своего люсуса и притормозил, наблюдая за его поведением. Он ожидал, что по отношению к мягкотелому бледному существу у его Хранителя не проявится никаких инстинктов заботы, однако же нихуя - тот беспокойно обнюхивал качающегося Стэна, явно подумывая о том, чтобы взять его зубами за шкиряк, отнести в блок отдыха и запихнуть в кокон, как он раньше поступал с припозднившимся с работой Йохунгом. Мда, кажется, он недооценивал силу тяги своего люсуса к выполнению его жизненного предназначения. Самого-то Сатани он давно перестал плотно опекать - тем не менее, положительные отношения между ними не ослабевали.
Были люсусы, которые ограничивались воспитанием только на начальном этапе жизни тролля. Были люсусы, которые через какое-то время вообще отказывались от своих подопечных. Были и такие, которые оставались со своими воспитанниками, пока кто-то из этих двоих не изживал свой срок.
- Пойдем, - тихо проговорил даузер, за предплечье стягивая Глэйвона со стула, и повел в сторону овального проема в противоположной от входа в жилище стене. Когда дроны только начинали строительство, люсус самостоятельно внес в планировку хайва свои коррективы, то есть вырыл в противоположной от входа стене нору, полностью удовлетворяющую его по всем его животным стандартам. Выглядела она как короткий коридор с кучей небольших отнорков, тем не менее носящий следы обработки - дроны оставили стены и потолок земляными, но уплотнили их, чтобы не было осыпей, и покрыли пол тем же деревом, что и весь остальной хайв. Один из отнорков люсус использовал для сна, а все остальные - чтобы хранить в них запасы на зиму. Можно сказать, в не-зимнее время он по большей части занимался тем, что забивал свои кладовые, чтобы зимой воплощать идеал времяпровождения всех лентяев - есть и спать. Этот псевдо-хомяк постоянно перебирал свои запасы, выкидывая испортившиеся продукты, но все равно однажды имел место довольно забавный случай, когда в одном из закутков на стенах проросли "приехавшие" на шкуре "хозяюшки" семена медвежьего ушка и светильников. Медвежье ушко в условиях постоянной темноты не прижилось, и Сатани его выселил, а вот светильники до сих пор держались молодцом, так как для них пещеры были нормальной средой обитания, и по стенам перебирались уже в третий закуток, почти круглосуточно озаряя отнорки рассеянным бледно-изумрудным светом своих соцветий, похожих на головки одуванчиков, только более плотных.
Именно тот самый первый закуток, стены которого сейчас были практически до самого потолка покрыты розетками светильника, люсус в последствие совсем освободил от статуса хранилища, и Сатани вместо этого перетащил туда свой топчан, на котором было удобно валяться на пузе и собирать в связки обработанные камни, чинить что-нибудь или плести сетки. Как раз туда он сейчас и вел Стэна, потому что зачем что-то мудрить и заново изобретать арбалет, если уже есть куда его уложить. В конце-концов, людям не нужно столько изъебств, чтобы просто выспаться, без боязни умереть во сне от приступа из-за череды кровавых кошмаров. Говорят, им даже снятся другие виды снов - веселые, умиротворяющие или просто интересные, хотя кошмары тоже бывают. Ну не счастливчики ли.
Доведя Стэна до пункта назначения, даузер молча снял с крючка на стене серое шерстяное покрывало и вручил человеку. Обычно покрывало лежало на топчане, на крючок его Сатани повесил в прошлый раз, когда пролил на него немного воды -  теперь она уже высохла, не оставив следов.
Он только под конец курса штопки заметил, что у Стэна, кроме многочисленных дырок в ушах, еще и язык был разрезан. Бфе... даузер пошевелил своим заостренным и, к счастью, еще целым языком во рту. Интересно, зачем этот Глэйвон согласился на подобное? Подчинился моде? Взяли на слабо? Выказал непокорность чему-то? В свете последних событий последний вариант выглядел наиболее реалистичным, однако второй отметать тоже было нельзя. В конце концов, у них будет еще столько возможностей познать друг друга.

0

24

Когда нервозность достигает своего предела, человеку резко становится все равно, что произойдет дальше. Стэн в этом случае исключением отнюдь не был. Меланхолично созерцая царапины на чашке в своих руках, он уже несколько минут не думал ни о побеге, ни о клетке, ни о возможных пытках, просто решив принять это как данность и попытаться сделать что-нибудь при первой же возможности. Возможно, этакая податливость и обманет на какое-то время жителя подземелий, а сам паренек воспользуется открывшейся возможностью. Больше всего сейчас хотелось лечь на какую-нибудь горизонтальную поверхность, закрыть глаза и не просыпаться как минимум двое суток. Судя по выражению лица снующего мимо тролля, тот хотел примерно того же, так что расслабиться белесый не давал себе из последних сил, упрямо открывая глаза, которые после моргания так и норовили остаться закрытыми.
Рука не болела совсем, более того, он ее даже не чувствовал. Факт, безусловно, тревожащий, но это наверняка какая-нибудь редкая и серьезная мазь, от которой у него потом рана заживет с чудовищной скоростью. Рядом с таким существом вообще как-то само собой появилось желание преувеличивать. Впрочем, не беспочвенно же. Чего стоил их забег на длинную дистанцию по пересеченной местности – рогатый демонстрировал чудеса скорости, силы и ловкости, что вызывало некоторую толику зависти где-то глубоко в самоуверенной душонке человека. Почему-то хотелось доказать этому зловредному даузеру – и себе самому – что он ничуть не хуже и вполне в состоянии справиться с возникнувшей проблемой. Мерное покачивание вперед-назад успокаивало расшалившиеся нервы, Стэн уже даже практически был готов рассмотреть еще один вариант поспешного ликвидирования своего бренного тела с вражеской территории.
Парень не думал, что этот странный, но, безусловно, симпатичный зверь снова выберется из своей норы. Похоже, два белых недоразумения понравились друг другу в чем-то, но вот поднять руку, чтобы потрепать светлую шерсть, Глэйвон не смог, только устало улыбнувшись и надеясь, что теперь-то бурундук окажется на его стороне, когда это станет очень важно. «Над’о бы ему еще имя дать, чт’обы быстрее привязался.» Мысль была короткой, но ободряющей, ведь непонятно, когда он сможет отсюда сбежать, а с союзниками нужно обращаться уважительно. Еще и прикормить бы попытаться, если будет самому чем.
- Пойдем.
Мирный поток мысли прервал едва слышный голос, а ведь юноша даже не заметил поначалу, что его потянули за руку, но игнорировать подобного рода требования было сейчас самоубийством, поэтому он послушно встал. Похоже, его пленитель наконец решил, где разместить свою жертву, Стэн даже думал, что морально готов к этому, но все равно нервничал, едва перебирая ногами и входя в очередной проклятый коридор. Как ни странно, свет здесь исходил от каких-то странных цветов, но он оказался достаточно ярким, чтобы разглядеть несколько ответвлений. Полюбоваться этим странным явлением природы или же рассмотреть новое место ему не дали, заведя в первый отворот. Довольно скудная обстановка ничем не радовала глаз, но он был рад и этому. Было бы гораздо неприятнее, если бы ему пришлось спать на голой земле или камнях, хотя в этом странном подземелье весь пол оказался устлан деревянной вагонкой, но кто знает, везде ли. Да и она тоже не причислялась к особо комфортным видам спальных мест. Топчан, так топчан. Все равно в ближайшее время ему просто нельзя было засыпать, чтобы не упустить свой шанс на спасение. Казалось, даже внутренне белесый со всем смирился, загоняя эту мысль куда-то вглубь сознания.
Стэн не чувствовал вины или каких-то обязательств перед этим троллем, скорее обиду и непонимание. А еще страх, что с ним могут сделать здесь или в любом поселении таких же рогатых и серокожих, где в скором времени он может оказаться. В этот раз он поступит умнее, возьмет с собой несколько соцветий, распространяющих мягкий зеленый свет, какие-нибудь инструменты, и пойдет по собственным следам до того места, где очнулся. А там уже можно будет попытаться сориентироваться. В этот раз у него получится. Осталось дождаться, пока даузер уснет, и можно в путь: уж замок на двери и ребенок вскроет. Да, отвлечь себя такими размышлениями было правильным решением, это добавляло немного уверенности и сил продержаться еще немного, пока странные поступки его нового сожителя будут медленно находить себе какое-нибудь логичное объяснение. Вот и сейчас тролль отчего-то расщедрился и даже выделил покрывало, сунув ткань в руки белесого. Шерсть оказалась грубой и колючей, неприятно царапая кожу, однако Глэйвон кивнул, выражая благодарность и едва сдерживая горькую усмешку. Что ж, такую даже с собой не взять, чтобы было не так холодно в подземельях. Поспешив отвернуться, он бросил единственной работающей рукой покрывало на топчан и сел на самый край, всем своим видом показывая, что больше не желает находиться в обществе рогатого.
Теперь оставалось только ждать.

0


Вы здесь » Yet Another SBURB|SGRUB RPG » Завершённые эпизоды и конкурсы » Белки прыгали, белки бегали.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC